Загружается...
Вы здесь:  Главная  >  Аналитика и история  >  Данная статья

Верните Никсона!

30/03/2016

Похоже, в ближайшем будущем Ричард Никсон по количеству книг о себе обойдёт и Линкольна, и Вашингтона, и Джефферсона (если уже не обошёл). И точно останется самым обсуждаемым президентом 20 века.

Вот и за вторую половину 2015 – начало 2016 появилось сразу несколько работ о РН. При этом в основном с положительной оценкой его деятельности. Про «Настоящий уотергейтский скандал» Джеффа Шепарда я уже писал. Рецензия на «Президент и его ученик» Ирвина Геллмана (вице-президентство Никсона и его отношения с Эйзенхауэром) впереди. Сегодня поговорим и книге Дагласа Шона «Эффект Никсона : как президентство Ричарда Никсона полностью  изменило американскую политику»  (Douglas Schoen «The Nixon effect : How Richard Nixon’s presidency fundamentally changed American politics”).

Политтехнолог Шон, к слову, демократ. Правда, из вымирающей категории демократ-центрист. Что по сегодняшним меркам почти «консервативный демократ». Поэтому с одной стороны, Шон  весьма критичен к обамовским демократам и старается избежать леволиберальных антиниксоновских штампов. С другой – некоторые его высказывания и соображения могут вызвать несогласие сторонника республиканцев. Но так даже интереснее.

На что прежде всего обращу внимание : сегодня, когда республиканцы пытаются найти нового Рейгана, а демократы нового Рузвельта или (признак кризисного полевения партии) нового Обаму, Шон советует и тем, и другим искать политика иного типа. Именно Никсон с умением лавировать между консерватизмом и либерализмом, объединять вокруг себя большинство избирателей (то самое «молчаливое большинство») и сталкивать заидеологизированных представителей обеих партий, оставаясь  в стороне от радикализма и подавая себя именно президентом страны, а не представителем идеологии, и должен быть образцом для современного политика. Никсоновский интеллект, умение находить лучших для своей команды, готовность рисковать, целеустремлённость и нежелание сдаваться тоже будут в самый раз для любого серьёзного кандидата на высокий пост. Но, естественно, без недостатков РН, которым Шон уделяет тоже предостаточно внимания.

В первой части книга Шон сосредотачивается на анализе внутренней и внешней политики Никсона. По Шону, в политике внутренней РН сделал ставку на прагматизм. И, не отказываясь от консервативной риторики и консервативного образа, пошёл на ряд действий, которые у последовательных консерваторов вызвали немалое раздражение. Однако, как доказывает Шон, Никсон действительно выбрал центристский путь и добился немалого успеха. Несколько примеров.

Десегрегация школ и содействие чернокожим бизнесменам («чёрный капитализм» по определению самого Никсона), ликвидация воинского призыва, попытки (часто удачные)  своими номинантами вернуть Верховный Суд к констиутционализму и отказу от юридического активизма, проект реформы велфера (тогда критиковавшаяся консерваторами , но сегодня кажущаяся вполне консервативной из-за заложенной в ней мотивации искать работу, а не сидеть на пособии), проект реформы здравоохранения (расширение медицинских услуг, но без правительственного руководства), не очень последовательная экономическая политика (от контроля за ценами до снижения налогов – не самая сильная сторона деятельности РН, но при нём джонсоновские экономические сложности удалось минимизировать).

Несколько замечаний от себя. Шон всё-таки сужает деятельность Никсона и оставляет за рамками исследования действительно консервативные нововведения президента, прежде всего «новый федерализм» (расширение прав штатов) и попытки реформировать бюрократический аппарат с его засильем демократов. Полагаю, напрасно. И странно, что, будучи учеником Дэниела Патрика Мойнихэна (советника Никсона, близкого неоконсерватизму демократа), Шон не развивает идею о Никсоне как последователе британского консервативного политика Бенджамина Дизраэли. Точнее, Дизраэли в трактовке консервативного же историка Роберта Блейка. Мойнихэн дал знаменитую биографию Дизраэли авторства Блейка Никсону, и Мойнихэн одобрял стремление РН подавать себя «новым Дизраэли» : консерватором, но готовым на реформы и умеющим перехватить инициативы оппонентов, сделав их своими. При этом оставаться безоговорочным лидером партии. Жаль, что Шон только упоминает Дизраэли и Блейка, но не углубляется в тему. Хотя даёт отличное высказывание Никсона , который объясняет свою философию дизраэлианского консерватора : «нужна уверенная внешняя политика, следование нашим главным ценностям, и реформы, но реформы, которые работают, а не разрушают».

В вопросах внешней политики Шон сосредотачивается на трёх направлениях : окончание войны во Вьетнаме, «разрядка» в отношениях с СССР и «открытие» Китая. Шон снова уверенно спорит с консервативными критиками Никсона, полагая, что действия президента при внешнем разрыве с твёрдыми консервативными позициями всё же куда ближе правой политике, чем левой. И внешнюю политику РН считает успешной. «Никсон обещал закончить войну  и сдержал обещание…США только выиграли от включения Китая в мировую экономику…Разрядка помогла Никсону решить вопрос с Вьетнамом….Нельзя уменьшать заслуги Рейгана в победе над СССР, но нельзя забывать и об усилиях Никсона» (Мне-то жалко, что ДШ упустил возможность вставить реальную забавную историю. Глава никсоновской администрации Боб Холдеман встретил как-то активного консервативного критика РН, замечательного Уильяма Бакли, в пекинском сувенирном магазине. Холдеман не изменил своему чувству юмора и поинтересовался : «Что, Билл, торгуем с врагом помаленьку?»). Шон  не забывает и о, наверное, главном внешнеполитическом  достижении Никсона – решительности во время Войны Судного Дня, когда вопреки советам многих из администрации, РН был твёрд : «Везите оружие в Израиль. Сейчас».

Вторую часть Шон посвящает «никсонизации» политической жизни. Точнее, партий. Говоря о республиканцах, он много пишет о пресловутой «южной стратегии». К счастью, сразу отметая все потуги либералов приписать стратегии расистскую подоплеку. «Это элемент политического реализма». Никсон просто умело воспользовался разочарованием южан в полевевших демократах и сделал их опорой республиканцев на много лет вперёд. Хотя и здесь я не удержусь от замечания. Досадно, что Шон полностью игнорирует поп-культуру. А ведь с Никсоном и той самой «южной стратегией» принято связывать вовлечение кантри-музыки в политику. Именно Никсон превратил  кантри в серьёзного союзника консерваторов (пусть левых исполнителей там тоже хватает), а своим вниманием к популярной на Юге музыке ещё более упрочил позиции республиканцев в южных штатах. И напомню – для гражданских прав и для чернокожего населения «расист» РН  сделал больше, чем любой президент 20 века.

Не забывает Шон отметить и то, как даже негативная реакция на политику Никсона помогла республиканцам. В желании противостоять РН консервативное крыло консолидировалось и после Уотергейта,  а потом и малоубедительного президентства Форда, оттеснило умеренных республиканцев и, сделав ставку на Рейгана, одержало убедительную победу в 80-х. И пусть президентские кандидаты партии после Рейгана не особенно воодушевляют консерваторов, именно консервативные деятели остаются самыми яркими представителями современной Республиканской Партии.

Что касается демократов, но Никсон, по наблюдениям Шона, практически уничтожил их как разумную политическую силу. Своими внутриполитическими ходами и смелыми действиями на международной арене РН вынудил демократов уйти влево, окончательно превратившись в партию большого правительства и робкой внешней политики с девизом «Во всём виновата Америка». То есть либералы-«ястребы» (ага, когда-то такие были) после Никсона стали оттесняться на второй-третий план в Демократической Партии, а потом и вовсе перебираться к республиканцам.

Последние главы второй части, правда, достаточно спорные. Шон в своё время сотрудничал с Биллом Клинтоном, поэтому слишком старается подать БК главным и лучшим преемником РН.  Основания есть – Клинтон тоже старался занять центристскую позицию, после республиканского «захвата» Конгресса в середине 90-х в ряде вопросов поправел, к тому же действительно интересовался опытом Никсона и встречался с ним для консультаций. Но здесь, отдавая должное Клинтону, не стоит забывать оценки самого РН. Тому, безусловно, льстило внимание БК (Буш-ст. к однопартийцу прислушивался реже). Но умный Никсон никогда не позволял личным отношениям заслонить реальность. А реальность для него оставалась такой : «Клинтон верит в неправильные вещи». И – что сегодня тысячный раз подтверждает прозорливость РН – очень не любил миссис Клинтон (не только из-за её работы в уотергейтском комитете).

В главе «Они не слушали Никсона» перемешаны сомнительные выпады против Буша-мл. и куда более разумная критика Обамы. Дело не в том, что Буш мне симпатичнее Обамы. Просто в своём стремлении обвинить Буша в ошибочности иракской кампании Шон снова игнорирует высказывания Никсона. ДШ почему-то уверяет, что экс-президент не одобрил бы операцию в Ираке. Но – именно Никсон в своё время решился вывести боевые действия за пределы Вьетнама, в Камбоджу (и был прав), и именно Никсон в 1991 критиковал Буша-ст. за мягкость по отношению к Хуссейну. С чем согласен – РН был слишком умён, чтобы затевать «строительство демократии» в Ираке. Но от режима Хуссейна он бы избавился.

А вот с замечанием Шона, что при Обаме внешняя политика США попала в худший за десятилетия кризис соглашаюсь сразу. Шон видит основную проблему в недостаточном патриотизме Обамы и его недостаточной уверенности в необходимости мирового лидерства США. Такое трудно оспорить. И, конечно, Никсона вспоминаешь с ностальгией, когда Обама выглядит беспомощным перед угрозой исламского терроризма или расширения зоны влияния путинского режима, но делает всё, чтобы испортить отношения с Израилем. РН бы точно не стал рисковать безопасностью главного союзника на Ближнем Востоке и нашёл бы способы воздействия на террористов или зарвавшегося российского автократа (тем более, что вероятность исламского экстремизма и превращения России в авторитарное государство он предсказывал ещё в 80-начале 90-х).

Когда Шон в третьей части переходит к наследию Никсона, то глава про Уотергейт и его последствия в общем оставляет желать лучшего. Автор скороговоркой признаёт вину РН, не пускаясь в глубокое изучение неоднозначного вопроса. Ладно, для этого у интересующихся вопросом есть упоминавшаяся выше книга Шепарда. Странно, зачем Шон вспоминает здесь же не раз опровергнутый миф о якобы сорванных Никсоном мирных переговорах между Южным и Северным Вьетнамом 1968 года. Считается, что этот срыв уничтожил шансы никсоновского противника Хьюберта Хамфри на победу в президентских выборах. Но серьёзных подтверждений, что кандидат Никсон (на тот момент не занимавший высоких постов) ухитрился уничтожить усилия президента Джонсона и вице-президента Хамфри нет.

Для Шона важно, что после Уотергейта скандалы стали спутником президентства.  Хотя политтехнологу стоило бы помнить – не будь пресса столь благосклонна к демократам, она могла бы найти множество «уотергейтов» для Рузвельта, Кеннеди и Джонсона из-за за их злоупотребления услугами налоговых служб в своих целях и прослушивания политических противников. К счастью, отпустив дежурное количество замечаний в адрес Рейгана («Иран-контрас») и Буша-мл. (использование не оправдавших себя разведданных перед войной в Ираке), Шон опять атакует Обаму и как раз слишком преданную БО прессу. По мнению Шона, ряд скандалов нынешней администрации (вроде того же использования налоговиков для усиленного контроля за консервативными группами) замалчивается леволиберально настроенной мейнстримной прессой, что недопустимо.

Говоря о Никсона «после Уотергейта», Шон возвращается к уважительному тону. По его мнению, РН стал примером активного политика, когда стих шум вокруг скандала. Если многие президенты предпочли уйти на покой (тот же Рейган) или регулярно выставлять себя на посмешище бестолковыми высказываниями и действиями (разумеется, я про Картера), то неугомонный Никсон не стал выключаться из политической жизни. И, например, поспособствовал разрушению иллюзий о Горбачёве среди республиканцев или, как говорилось, занимал «ястребиную позицию» во время оккупации Кувейта.

Завершает свою книгу Шон любопытным и в общем правдоподобным монологом якобы от лица Никсона, будь он жив сегодня. Здесь политтехнолог точен. Уверен, РН говорил бы именно так. Отругал бы республиканцев в Конгрессе  за вялость в преследовании завравшейся Хиллари ( мёртвую хватку  конгрессмена Никсона времён антикоммунистических расследований помнят все). Посоветовал бы Клинтон решительно разорвать с левой политикой Обамы, если она хочет реального успеха. И критически бы отозвался об основных республиканских кандидатах. «Крису Кристи никогда не завоевать симпатии консерваторов…Рэнда Пола интересно читать, но с угрозами от Аль-Кайды и ИГИЛ его изоляционизм обречён…Марко Рубио – вундеркинд. Но нам правда нужен такой после Обамы?  Хотя именно ему по силам объединить центристов и консерваторов…Не верю в выдвижение Трампа. Но он показал себя политической силой…. Умнее всех Тед Круз. Но он слишком уходит вправо». Да и совет бы дал соответствующий : «Вы можете одолеть Хиллари. Просто объясните, что она связана с провальным президентством Обамы и скандальным прошлым своего мужа, а за вами – идеи для будущего Америки. Станьте теми, кем был я – жёсткими и целеустремлёнными прагматиками». И что самое главное – его бы слушали. Он слишком часто оказывался прав, и именно он оказала самое большое влияние на все партии и политические движения конца 20-начала 21 века. Потому в чём Шон точно прав, так это в последнем предложении книги : «Мы по-прежнему живём в тени Никсона».

Но я бы закончил другой цитатой, которую всем стоит взять на вооружение. Уже после Уотергейта в одном из интервью  Никсон сказал : «Я не знаю, что будет в жизни дальше. Но знаю одно – я буду драться. До последнего…Если и стоит жить, то ради какой-то цели. Борьбы. Битвы. Даже когда не можешь победить».

Иван Денисов

Вам также может быть интересно...

Технион

Читать далее →