Шула Примак: О еде для тех, кому не сидится дома Шула Примак: О еде для тех, кому не сидится дома
Загружается...
Вы здесь:  Главная  >  Лайфстайл  >  Данная статья

Шула Примак: О еде для тех, кому не сидится дома

09/02/2018

Пришло время поговорить о еде, готовой еде. Три года на вольных хлебах. «Уже можно подвести промежуточный итог», — как говорила наша бухгалтер. Тем более, что чаша вкусовых впечатлений полна, а после очередной командировки в Хабаровск и переполнена.
Я в Хабаровске заказала по интернету в номер доставку суши. Суши, если кто запамятовал, это такие кусочки рыбы или овоща, или еще чего, обернутого в рис и водоросли. Размером на один укус. Маленькие, ну или хотя бы небольшие. А мне принесли суши размером с мой кулак. И по причине того, что суши не разрезать (да и нечем – я палочки прошу всегда) и кусочками не покусать, пришлось пихать суш целиком в рот. А он занял всю ротовую полость и перекрыл доступ воздуха. И прожевать его тоже не выходило. Ну и я просидела некоторое время с забитым ртом, страдая от унижения, ярости и недостатка кислорода.
Потом выплюнула уродца, отдышалась и следующего врага раскусила пополам. Рис в суши какой должен быть? Ага, белый — клейкий – мягкий. В хабаровском рецепте используют рис «кубанский кулон». У него такая неповторимая гамма вкуса и цвета, как у мелкого щебня или крупного строительного песка. Хрустит тоже. Ну, я конечно два дня это ела, деньги то плачены. Да и ничего альтернативно лучшего все равно не добыть. Это я давно уже знаю – ешь что дают.
А дают в большинстве своем всякие ужасные ужасы. В Питере нам подали однажды «фруктовый шейк – персик-банан-малина», выглядевший как молочная сыворотка, в которой плавали жуткие лохматые клочья чего-то неопознаваемого. Мы не решились пробовать, уж очень официантка избегала встречаться с нами взглядом. Но это экзотика. Есть и обычные беды и печали. Сыроватое тесто с кетчупом и тертым беспородным сыром – это пицца. Котлета, страшная, как в студенческих столовках, нашей, увы далекой молодости, в булке рандомального формата – гамбургер. Из чего делают любой суп-пюре, подаваемый в большинстве едален постсоветского кулинарного пространства, вообще лучше не знать. Я вот не спрашиваю – и молодцом. Сон здоровый, крепкий. После ужина звоню семье, прощаюсь, как в последний раз – и прекрасно сплю.
Или вот завтраки в гостиницах. Да, я в курсе, что иногда гостиницы сами себе выдают звездочки, как Брежнев себе медали. Ну и что? Нет, нет причин подавать на завтрак, анонсированный как «шведский стол на любой вкус» котлеты с гречкой, манную кашу комками, омлет с колбасой и фужеры под шампанское, наполненные сметаной 42%. Я тут не про полное отсутствие заменителя сахара или молока без лактозы сейчас говорю. Я про невозможность выбрать что нибудь без мяса. У меня кашрут, у многих халаль, есть и просто вегетарианцы. Но это наша проблема. Ни в большинстве гостиниц, ни на внутренних рейсах местных авиалиний нет никаких поблажек: *Что желаете: свинину с макаронами или говядину в сливочном соусе?* — вопрошает стюардесса, страшненькая блондинка в клоунской форме. Что мне ей отвечать? Что я желаю рыбки и салатика?
Так мне уже объясняла в представительстве их авиакомпании наземная расширенная версия этой стюардессы. Мол, нельзя салатик. Салатик только для бизнес класса. В экономе – ешь что дают. Без вариантов.
Есть еще континентальный завтрак.
— Будете кашу или омлет?, — строго спрашивает дама на рецепшен в захолустной гостинице 4 (четыре!) коньячных звезды. Гостиница удачно расположена на въезде в промзону Мухосранска, с панорамным видом из всех номеров на шиномонтаж «Гиви — мир колес».
— Когда?, — в ужасе спрашиваю я.
— На завтрак. Завтра. Кашу или омлет?
Дама разглядывает мой дип.паспорт через очки, держа его вверх ногами.
— Можно выбрать утром? — я пытаюсь отсрочить приговор.
— Девушка! Четко. Сейчас. Говорим. Каша или омлет? Ну!*
— Омлет, — лепечу я. И действительно, получаю утром ломоть пористого синеватого детсадовского омлета. Не слишком большой ломоть.
С этого места, как в анекдоте: еда в армии отвратительная и дают ее очень маленькими порциями. Русский общепит вообще не щедр. В любом меню указан точный, как при дозировке лекарств (или ядов) вес блюда. 180 грамм салата. 165 грамм жульен грибной. 95 грамм (3 штуки) тефтели мясосодержащие (как бог свят, так и было указано) с гарниром 230 грамм. В русском «Мак-Дональдсе» требуют отдельную плату за пакетики соуса, раздаваемые во всем мире бесплатно. В пафосном московском ресторане с хрустальными люстрами, лепниной и позолотой, с официантами во фраках, нам вписали в заоблачный, по любым цивилизованным меркам, счет — 32 рубля (10 центов) за дополнительную булочку. Заведение, в котором самая дешевая бутылка вина стоит 100 долларов, готово потерять лицо и выглядеть, как последние крохоборы. Ради 10 центов!
В авторском ресторане в Новосибирске, где дизайном в стиле техно-поп занимались итальянцы, а сомелье привезли прямиком из Франции, при мне взвесили порцию заказанного салата и заботливо сняли с тарелки половинку помидоры шерри. Перевес. Непорядок. Ну и далее везде.
Конечно и на сумрачном, как небо Мордора, горизонте российской кулинарии, нет-нет да и проблеснет лучик, дарящий надежду. В скромном суздальском (о, Суздаль!) буфете при мужском монастыре нас накормили такой грибной лапшей, что и словами не описать. Благодать в чистом виде, просветление и радость. В Воронеже пирожковая была тоже какая то фантастически прекрасная. Грузинские небольшие ресторанчики попадаются чудные.
Есть, в конце концов, сеть Хилтон и Редиссон, там поваров, официантов и поставщиков продуктов как-то все же учат и заставляют нормально работать.
Но в общем все — увы и ах. Поэтому, выезжая за приделы места несения службы, домой ли, в Европу ли, мы едим безостановочно, как спасенные после кораблекрушения. Мы либо едим, либо говорим о еде. За завтраком начинаем планировать обед, за обеденным столом бронируем ресторан, где будем ужинать. Покупаем на заправках кофе, кексы и сэндвичи. Принюхиваемся, проходя мимо дверей трактирчиков и кофеен.
Мы понимаем, что мир огромных затейливых салатов, щедрых порций мяса, идеальных десертов из настоящих сливок и свежих фруктов, крепкого ароматного кофе и корзинок бесплатных, блядь(!), булочек к любому блюду – хрупок и конечен.
Фуу! – и все исчезает. Ревут моторы поношенного Боинга. И угрюмая, тощая брюнетка в форме авиакомпании со знакомым до слез логотипом спрашивает скрипучим голосом: «Что желаете: жаркое с картофелем или отбивную с рисом?».
И я, и сидящий рядом со мной татарский паренек, и девушка с гринписовской наклейкой на ноутбуке, сидящая ближе к проходу, молча качаем головами. Нет-нет, мы не голодны, спасибо.
«Нааастя!» — голос брюнетки покрывает шум моторов — «Принеси три салата из бизнеса! Вечно одно и тоже…»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вам также может быть интересно...

‎Тhe Shadow: Держу пари

Читать далее →