Йотам Зимри: Я люблю... Йотам Зимри: Я люблю...
Загружается...
Вы здесь:  Главная  >  Лента новостей  >  Данная статья

Йотам Зимри: Я люблю…

20/04/2018

Всего четыре темы способны выжать из меня китч целыми литрами: жена, отпрыск, Маккаби Хайфа и Израиль в День Независимости.

Согласно моей теории израильтяне любят День Независимости по двум причинам: во-первых, они взаправду же Израиль любят как бы. А во-вторых посерьёзней будет: на протяжении остальных 364 дней израильтяне заняты бесконечными унылыми заплачками не потому, что в эти дни «ушла любовь», а наподобие родителя перфекциониста, который недоволен сыновней экзаменационной оценкой 93. Они просто «ожидали от него большего».
И вот достал я запасы китча с антресолей и специально для вас составил реестр 7% инвентаря, который я люблю в Израиле.

Я люблю тот самый момент между Днём Памяти павших и Днём Независимости, когда трубный звук меняется -тот же инструмент, другой тон- от глубокой, полной скорби интонации до высокого архаичного аккорда церемонии зажжения факелов.

Я люблю, что народ постоянно ноет о том, как всё плохо. Это как в ресторане: клиент, который регулярно жалуется — это постоянный клиент. Недовольный клиент молча уйдёт и никогда не вернётся.

Я люблю людей, которые на пляже просят посторожить их вещи, покуда они купаются. Трогает, когда незнакомцы доверяют мне свои тапки.

Я люблю жить в паре часов поездки до снега, в паре часов — до пустыни и в двух минутах до моря.

Я люблю из Тель-Авива подъехать на выходные к родителям в Афулу с ощущением, как будто целый континент пересёк.

Я люблю, что любой инфоповод — «это конец демократии». Доказательство, что демократии у нас в избытке.

Я люблю Тель-Авив, нет таких городов больше в мире! (всегда себе говорю, что я хотел бы когда-нибудь приехать сюда туристом, а потом вспоминаю, что я сюда из Афулы перебрался, а значит, сбылась мечта-то).

Я люблю то, что мы, давшие миру множество мощных инноваций, в День Независимости считаем лучшими находками пенный спрей и надувной молоток.

Я люблю благодарный кивок пешехода, которого ты пропустил на «зебре», как будто по закону ты это и делать не обязан.

Я люблю, как мы хлопаем в ладоши при посадке. Я в жизни не признаюсь, что мне это нравится, но в глубине души я в восторге.

Я люблю, что люди могут здесь жаловаться на религиозное принуждение, в шабат чавкая кальмаром под соусом из морского поросёнка.

Я люблю, как мы в поездках заграницу всегда ищем место «без израильтян» — не потому, что мы, простигоспади, израильтян не перевариваем, а чтобы можно было по возвращении в Израиль хвастаться перед друзьями израильтянами, что мы были там, где не было израильтян.

Я люблю то, что только когда я с родителями в ресторане, мне вдруг особенно хочется черного пива
(мальт, безалкогольное пиво, которое разрешалось давать детям).

Я люблю, что и с этим утверждением, как и всегда, будет полно несогласных.

Я люблю то, что я служил в армии со своей женой и мы друг друга терпеть не могли, и только потому, что такая у нас маленькая страна, мы с Ширан встретились в пабе в Тель-Авиве и она в меня влюбилась.

Я люблю эту глупую традицию в День Независимости, что на полном серьёзе здесь выводят парадом фигурки солдат.

Я ненавижу, что у нас не водятся еноты.

Я люблю первым крикнуть «лехаим!» после того, как едва успели произнёсти благословение на вино.

Я люблю что тот, кто реально любит эту страну, считается немножко УГ.

Я люблю быть УГ.

Я не очень представляю, что такое УГ.

Я люблю, что все здесь целыми днями хнычут, в каком дреке живут, но оказывается по опросам, что примерно 90% ни за что не променяли бы это место на любое другое.

Я люблю, как иногда я сам жалуюсь бабушке и она усмехается этим смешком «мне бы ваши проблемы».

Я люблю этот позывной сигнал радио «пик-пик-пик-пик-пи-и-ик» перед выпуском новостей. Он такой идиотский и в то же время официальный.

Я люблю то, что тель-авивцы гордятся тем, что они тель-авивцы, а иерусалимцы гордятся тем, что они иерусалимцы, а хайфовчане гордятся тем, что они переехали в Иерусалим или в Тель-Авив.

Я люблю то, что каждый здесь себя держит минимум за Трампа, хотя он максимум мимиминистр Микронезии.

Я люблю, что всё на нервах, любое событие — конец света, любое расследование — небеса на землю рухнули, но через два дня все всё забыли.

Я люблю шуарму, ой мамочки, как же я люблю шуарму…

Я люблю, что мы жуём на ходу, у нас реально нет ни секунды присесть и поесть, а то еще так и успокоиться недолго.

Я люблю Эхуда Баная и Бари Сахарова и Авива Гефена и Идана Райхеля и Юду Поликера и Шломо Арци и Даклона и Зоара Аргова и Ханана Бен-Ари и этого, который недавно появился, голосистый такой и крутой, как его там — и то, что эта сборная солянка делает с нашей музыкой.

Я люблю то, как мы ужасно удивляемся, когда оказывается, что в истории кто-то известный — не еврей.

Я люблю, как мы злимся, когда кто-то в мире говорит, что евреи всё захватили и управляют, но в глубине душе надеемся, что… может быть… он немножечко прав.

Я люблю, что в этой стране не осталось человека, который не может тебе устроить отличную цену на драгоценное кольцо потому, что он знаком кое с кем на Бриллиантовой бирже.

Я люблю, что даже после трагедии в венесуэльской высокогорной деревне, которую снесло стадо альпак мы прежде всего ожидаем услышать, что израильтяне не пострадали.

Я люблю леваков, не провокаторов, а тех, что представляют интеллектуальный вызов, задавая неоднозначные вопросы и тем мотивируют меня тщательно формулировать ответы.

Я люблю наш гимн «А-Тиква». Да, правда, нет в нём французского жизнелюбия или американского пафоса, но что-то в этой минорной мелодии в сочетании со словами надежды трогает меня до глубины души.

Я люблю, что у каждого еврея, сиониста и демократа есть своё определение, что такое еврейство, сионизм и демократия.

Я люблю то, как выглядит у нас общественная дискуссия, в которой без рамок и границ люди интересуются, задают вопросы, исследуют, проверяют и не принимают как само собой разумеющееся то, что им спущено на страницы газет или в телевизор.

Ялюблю пейзажи этой страны — мои друзья, которые по ней путешествуют, говорят, что они чудесные.

Я люблю, что любой (и только он один единственный) знает, где подают самый лучший хумус в этой стране.

Яу и само собой, люблю, что каждый уверен, что именно он знает, где находится киннеретский пляж, о котором никто тут не в курсе.

Люблю эту строчку в сальсе Шломы Ядова /нет в иврите слова «такт»/.

Люблю своего отпрыска.

Люблю слово «отпрыск».

Шоколад люблю. А чизкейки ненавижу!

Я люблю догадываться, кто тут охранник под прикрытием на рейсах Эль-Аля.

Я люблю церемонию зажигания факелов на День Независимости и только напоминаю о своём скромном предложении: под конец проводить еще одну миницеремонию, где факел зажжёт самый обычный гражданин с самой эзотеричной особенностью, например, с талантом останавливать в микроволновке попкорн за секунду перед тем, как взрывается к чертям весь пакет.

Я люблю тебя, Израиль, да, навязчиво, но что делать-помираю по тебе, да, возраст нешуточный, потому и новые морщинки, да, ноги уже не торт, но зато ты умудрилась сохранить свою эксцентричность. Чтоб только у тебя День Независимости удачным получился, а я напоминаю — когда назавтра мы опять будем поливать тебя из всех говномётов, просто знай: это всё, ну просто всё от большой любви. С праздником!

Йотам Зимри

Перевод: Лора Шавит

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вам также может быть интересно...

Доктор Натан Тимкин: Автостоп

Читать далее →