Ксения Ардов: Причудливо тасуется колода, воспоминания пересекаются с настоящим... Ксения Ардов: Причудливо тасуется колода, воспоминания пересекаются с настоящим...
Загружается...
Вы здесь:  Главная  >  Аналитика и история  >  Данная статья

Ксения Ардов: Причудливо тасуется колода, воспоминания пересекаются с настоящим…

13/05/2018

Многие помнят более ранние победы Израиля на Евровидении. И я могла бы помнить Дану Интернешнл, вполне — мне 8 лет было, почему бы и не увидеть трансляцию. Но вообще так получилось, что я Евровидением стала хоть чуть-чуть интересоваться только с 2009 года. И вот его и то, что было в этом году у Израиля, я помню очень хорошо. А были Ахиноам Нини и Мира Авад с There Must Be Another Way, воспевающие несуществующий идеал мира евреев с арабами на Ближнем Востоке.

Ну, мало того, что я считаю, что Ахиноам Нини очень мила (вы посмотрите, какая она Эсмеральда в Нотре, гляньте-послушайте, как она поёт Life Is Beautiful That Way, появившуюся в фильме Бениньи и позже ставшую «саундтреком» уже другого скандала с Татьяной Навкой в лагерной робе на льду), но рот ей надо открывать исключительно для того, чтобы петь, и то тщательно фильтруя тексты… Эта песня была неправдой. Эти объятия были неправдой. Это было дешевым политическим ходом, делающим больно всем сразу, это было прогибом, который все равно (16–е место) никто не оценил.

А что было на самом деле?

На самом деле, например, в начале этого года был «Литой свинец». И была массированная кампания антиизраильской пропаганды и дезинформации в Сети. Та кампания, которая навсегда превратила меня — от противного — в ту, кто я есть. Я побывала в начале того года в Париже — и увидела, как выглядит, кажется, бульвар Османна после пропалестинской демонстрации, эти горелые обрывки ткани, остатки плакатов, эта грязища, оставшаяся после буйства антисионизма. Я видела множество трансляций с этих демонстраций — и помню, как собиралась намного меньшая по численности произраильская (тогда в Москве ещё можно было собираться больше трёх) демонстрация в Москве. Положение, прямо скажем, было не очень.

То есть как несчастную девочку Самойлову притащили в этом году на Евровидение как символ при том, что реально за этим символом стоит не забота о людях с ограниченными возможностями, а просто желание, чтобы триггернуло, — так и Ноа и Мира распевали лозунги, за которыми не стояло ничего, кроме досадно звонкой пустоты. Клюм. Зеро. «Литой свинец» в анамнезе.

А что сейчас?

Нас поддерживает сильнейшая мировая сверхдержава, наша разведка добывает секретные документы по ядерной программе Ирана, наши ВВС наносят ответные удары быстрее собственного визга, стоит только той стороне чухнуться. Посольство США переезжает в Иерусалим. На Красной площади в столице страны, откуда евреи совершали долгий и мучительный «исход», где процветал государственный антисемитизм, — звучит «Атиква».

В общем, все как в страшном сне иранского аятоллы про «А сколько стоит в вашем кафе чашечка кофе? — Пятнадцать шекелей».

И тут мы появляемся на Евровидении. С песней, смысл которой — на первый взгляд, Girl Power и бодипозитив. Но если бросить второй взгляд… то от самоуничижения и унижения второй стороны диалога в There Must Be Another Way не осталось и следа. Мы просто заявляем: мы хотим и будем такими, какие мы есть. Посмотрите на нас, мы, черт нас подери, красивы. И нам пофигу ваши проповеди. Вы, кажется, позабыли правила игры, так мы вам напомним. Думаете, куклы не разговаривают? — так вот, у куклы есть кое-что сказать вам.

Мы — не ваша игрушка. Мы — маленькая и гордая страна, которой вот уже 70 лет стукнуло. Мы настоящие и разные, и нам по-фи-гу!)))

И бойкот получил облом, а мы — первое место!

Какой контраст, черт возьми. Для меня — очень значимый.

Ксения Ардов

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вам также может быть интересно...

Возвращаясь к будням

Читать далее →