Мириам Залманович: Высшее левое образование Мириам Залманович: Высшее левое образование
Загружается...
Вы здесь:  Главная  >  Аналитика и история  >  Данная статья

Мириам Залманович: Высшее левое образование

30/05/2018

Намедни, в разговоре о расстреле «Альталены» вскользь упомянули модный ныне левый дискурс нашей славной академии, ну и начали бойцы вспоминать минувшие дни. Мой собеседник, учившийся в Беер-Шевском и Тель-Авивском университетах, поведал, как «был свидетелем того, что в день памяти погибших в войнах Израиля арабские студенты улюлюкают, а левые профессора называют наших солдат оккупантами». Я не удивилась, ибо наблюдала похожее в Хайфском университете.

Последней каплей, заставившей бросить почти законченную магистратуру, стала гневная речь, которую посвятил мне декан нашего факультета, увидев, что я прикоснулась к мезузе. «Стыдись! Ты же интеллигентная девушка, молодая, академически перспективная. Ну ладно досы, или бабки старые. Но ты?!…».

Он был гордостью университета — самый молодой доктор наук в «академии», ашкеназ, уроженец Израиля и на всю голову марксист. Факультет — Толдот Исраэль (Израилеведение, что ли? Нет, скорее, история еврейского народа). Ныне профессор, а тогда — доктор наук Дани Гутвайн.

А на смежном факультете в это время профессор Шацкер (ז״ל) принимал на работу моего нынешнего научного руководителя в университете Бар Илан, тогда — начинающего доктора Хайфского, словами: «В тряпке на моем факультете ты преподавать не будешь! Тряпку оставь дома мужу!» Речь, как вы поняли, о головном уборе женщины, соблюдающей традиции.

А тот же Шацкер, к слову, был известным спецом в ̶и̶з̶м̶е̶р̶е̶н̶и̶и̶ ̶ч̶е̶р̶е̶п̶о̶в̶ расовой теории — курс так и назывался «Национализм и расовые теории на примере третьего рейха». В рамках семинара он проводил нам, студентам, мастер классы — подходил к студенту, живому, не чучелу, и начинал расовый анализ. «Вот здесь мы видим араба. Какие внешние черты характерны для араба?» и дальше по тексту.

Или вот еще прекрасное: «Говорят, из России приезжают много гоев. Но мы же не верим, правильно? А вот и не правильно! Как тебя зовут, мейделе? Оксана! Прекрасное еврейское имя! Оксана — славянка. Скорее всего смешанных русско-украинских кровей.

А это у нас Мирьям, я правильно запомнил имя? Мирьям у нас еврейка, но тоже с примесью — примерно четверть крови. Как я это знаю, есть идеи? Нет идей. Ну давайте посмотрим на Мирьям. Что в ней гойского? Как никто не видит, я вас чему тут учу? На глаза смотрите, на глаза. Глаза — гойские. Как это глаза армянского дедушки, а я пошел кибенемат? Если я кибинемат, то кто тут преподавать будет, ты что ли? Хотя, с тебя станется! Ладно не принимай это лично, мы же учимся, да? А теперь посмотрим на Офера. Офер думает, что он ашкеназ, правильно, Офер?…»

Еще раз, что б было ясно, мы говорим про хайфский университет ранних девяностых, и факультеты, на которых ничто вроде не предвещало. Про прочие, уже тогда облюбованные арабами, не говорю.
Зато накануне выборов кампус приятно зеленел. Приятно, потому что я цвет этот люблю, а не потому, что вкусно пахло. Пахло МЕРЕЦ, а универ накрывало конфетками, фантиками от оных, шариками, флайерами и прочим раздаточным материалом традиционных цветов Мэрэц.

Академья, чо. Зато ударение на последней букве, чтоб культурно.

Мириам Залманович

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вам также может быть интересно...

Авиаудар по Сектору Газа: На сей раз не без последствий

Читать далее →