Ральф Кент: У меня зазвонил телефон Ральф Кент: У меня зазвонил телефон
Загружается...
Вы здесь:  Главная  >  Лента новостей  >  Данная статья

Ральф Кент: У меня зазвонил телефон

05/12/2018

— Господин Кент?

Голос в телефоне не предвещал ничего хорошего (да простится мне этот штамп).

— Да, я, я это он, он у аппарата, вас слушаю внимательно (так было надо, потом объясню)

— С вами говорит такая-то из Штаба по Борьбе за Права.

— Очень приятно, я за права и за борь…

Голос в телефоне перебил, металла в нем добавилось фунтов на пять:

— У нас есть сведения, что в возглавляемом вами отделе нет ни одной женщины и ни одного представителя меньшинств.

— Каких меньшинств?!

Металл в голосе мгновенно закалился и прокалился:

— Никаких! Ни сексуальных, ни национальных!

— Кто это вам такое сказал?!

— Неважно кто сказал! главное, что нет.

— Но это неверно! У нас как положено, не менее половины и тех, и тех!

— Не может быть: у нас на руках список ваших сотрудников. Никаких меньшинств, сплошные большинства!

— А я вам говорю, у вас сведения неверные. А у меня есть копии нотариально заверенных документов.

— Что значит документов? У ваших работников почти все фамилии на «штейн», «ман» и «фельд», а имена сплошь «давид», «борис», «эран» и «леон»!

— А у меня, говорю я вам, заверенные копии! и в них четко написано, что Борис и Эран, например — это не мужчины, а fluid sex.

— То есть как fluid sex? как это не мужчины, если по нашим сведениям у Бориса жена и две дочки, а у Эрана третья подруга за последние полгода?

— Так это дома они мужчины. А на работе — fluid sex! Иногда я их е.., иногда они сами е..тся, иногда каждый из них е..т программистов, а QA всех нас имеет вместе и по отдельности.

— Вы эти шутки бросьте! Fluid sex должен быть везде одинаковым, на работе и дома!

Теперь настала моя очередь добавлять в голос… даже не металл, а гранит. И я добавил… вместе с угрозой:

— Так-так. Вы что хотите сказать? Что у нас тут 19-й век? Что каждый рождается с одним fluid sex-ом и не имеет права определять свой пол по своему желанию когда хочет и как хочет? Вас как зовут, напомните, пожалуйста…

Голос в телефоне мгновенно сменил металл на бархат:

— Нет… нет-нет, что вы. Мы за свободу!

— И за права?

— Да-да, за права! кстати, (снова металл, но уже полегче, не железо, а никель или даже олово) меньшинств у вас в отделе все равно нет. Сплошные ашкеназы.

Ладно, милочка, сейчас ты у меня получишь… добавляю к граниту скрипучую мраморную крошку:

— Как вы сказали? АШ-КЕ-НАЗЫ? Вы помните, я в самом начале разговора с вами долго здоровался? Знаете, почему?

Голос в телефоне неумело скрывает растерянность за иронией:

— И почему?

— Это я тянул время, чтобы включить запись. Наш разговор записывается. Ну вы знаете — стандартно, в целях повышения качества…

Голос в телефоне уже журчит ручейком:

— Ну вот же список фамилий вашего отдела — Васерштейн, Рабинович… Эпельбаум…

— А у меня документы! Васерштейн первые 10 дней каждого месяца чувствует себя на работе эфиопской женщиной, а вторые — иракским геем. Рабинович — наоборот. А у Эпельбаума вообще мама по фамилии Бузагло, так что он каждые первые полмесяца марокканец…

— …А вторые полмесяца ашкеназ!

— Неверно! Вторые полмесяца он марокканка. И его самоощущение нотариально заверено!

Голос в телефоне вдруг стал вкрадчиво-ехидным.

— А когда можно прийти проверить?

— Что проверить?

— Ну что они геи, женщины и эфиопы-марокканцы.

— Да пожалуйста, приходите когда хотите. Но учтите: попробуете приблизиться к кому-то из нас ближе чем на 5 метров и посмотреть не на уши, а на другие части тела — сразу оформляем протокол о сексуальных домогательствах, у нас с этим строго, секьюрити натасканное, свидетели дежурят в коридоре, полиция и судьи на быстром наборе…

Голос в телефоне вдруг стал таким ласково-нежным, ну прямо «секс по телефону»:

— Хорошо-хорошо, не беспокойтесь, мы вряд ли скоро к вам придем, мы пока заняты…

— Борьбой за права?

— Да-да, борьбой. Знаете, какие есть еще гомофобы, трансофобы, гинекофобы…

— О да, знаю. Ужас какие есть еще! Но вы звоните, если что.

— Дадада, конечно. Будьте здоровы, радостной вам Хануки!

— Что-о-о?! какой «хануки»? Это дома мы евреи! а на работе мы чувствуем себя до обеда католическими мусульманами, а после обеда православными буддистами. И документы есть нотариаль…

…не дослушала, бросила трубку. Уффф, с одной разделались. Но день еще только начался… до следующего звонка надо успеть хотя бы немного над проектом поработать… аз охн вей… лехаим, бояре…

(c) Ralph Kent

Вам также может быть интересно...

Иван Нави, 2005. Фото: Давид Рабкин, www.rabkin.co.il

Иван Нави: Мы — израильтяне

Читать далее →