Владимир Рабинович: Рождественская история Владимир Рабинович: Рождественская история
Загружается...
Вы здесь:  Главная  >  Лента новостей  >  Данная статья

Владимир Рабинович: Рождественская история

02/01/2019

Эта история случилась много лет назад, и мало кто из нынешних ее помнит. Я — последний из могикан. И чтобы история не забылась совсем, решил ее записать.

Держал один аид из Минска на углу второго Брайтона, как раз напротив рыбного магазина, известного тараканами гомерического размера, ювелирку.

Был он человек скромный, маленький в прямом и переносном смысле этого слова. Такой маленький, что еще бы пару сантиметров вниз, и случился диалектический переход количества в качество, он стал карликом. Врач терапевт померял его в первый визит, как ребенка и сказал, что если бы не эти сантиметры, можно получать специальное пособие по инвалидности.

Но Фима Шляпентох, так звали нашего героя, в пособиях не нуждался, потому что маленький размер тела, делал его как бы, ближе к микромиру тонких драгоценных изделий. Ювелирщик он был от Бога, или, как у нас говорят, «высший х*й». 

Сами понимаете, там, где ювелирка там и деньги. Денег у Фимы было достаточно. Чтобы не хранить все яйца в одной корзине, Фима инвестировал свои капиталы в брайтоновскую недвижимость, которая с тех пор, как шварцев оттеснили в их чернушники аж до самого Сигейта, а в Сигейт и вовсе обнесли забором и поставили будку с секьюрити, резко пошла вверх и, старый довоенной постройки двухэтажный билдинг, местные риалстейты уже в восьмидесятые годы ставили на продажу за лимон. На первом этаже открывался бизнес, а на второй селились работающие семейные латиносы.

Почему латиносы, потому, кто ещё согласится жить в квартире, против окон которой на железной эстакаде через каждые пять минут встречаются вышедшие навстречу друг-другу трейн Q и трейн В. 
Несправедливо было бы сказать, что кроме бизнеса и денег Фиму больше ничего не интересовало.

Был он во всех смыслах человек разносторонний. Хорошо водил машину, исключительно остроумно шутил и в первый же год выучил английский на столько, что мог читать американские газеты, откуда и черпал основные сведения о жизни, легко поддерживал общение с местными на их родном американском языке. Это давало ему несомненное преимущество перед теми, кто был под метр восемьдесят пять и у кого время прохождения сигнала от мозга в любую часть тела занимало в три раза больше времени, чем у Фимы. 

Жил Фима в своем доме на берегу океана, каждые три года менял машину и трахал крутых телок, которые большинству молодых рослых самцов были недоступны потому, что стоили очень дорого. Одна беда. Телки эти были исключительно ****и. Никто не знал, что в самом деле Фима любит стихи поэта Мартынова и мечтает о большой и чистой любви.

Была еще одна страсть у нашего героя – огнестрельное оружие. Ему нравилась фраза: «Кольт уравнивает всех», Нет больше ни высокого, стройного, мускулистого эллина, ни маленького, плешивого очакастого иудея.» Хотя кольту он предпочитал дорогие немецкие и итальянские пистолеты. 

Чтобы получить лайсенс на оружие, Фима воспользовался услугами адвоката. Ни в коем случае не русского, потому что русский возьмет бабки и ничего не сделает, а американского еврея, и тот, за месяц, пробил ему разрешение на ствол со всеми правами, как только в его ситуации было возможно. Фима мог носить заряженное оружие на себе в специальной кобуре, как полицейский. Согласно требованиям закона, Фима прошел обязательный курс обращения с оружием, но не удовлетворился этим и каждую неделю посещал стрелковый клуб в Нью-Джерси, брал дополнительные уроки по технике стрельбы. Как это бывает с людьми маленького роста достиг в этом деле совершенства. На его артистическую стрельбу приходили посмотреть менты и какие-то штымпы в штатском.

История, о которой я хочу рассказать, случилась в Кристмас, прежде неизвестный советскому человеку праздник, который в Америке оказаался бОльшим праздником, чем Новый год. Самые лучшие деньги делаются в Кристмас. Все бизнесы на Брайтоне это знают и готовятся предварительно.

Но оказалось что не только бизнесы. Я извиняюся, черные, а правильно африкан-американ с одним, засвеченым в каких-то прежних делах пистолетом, на двоих, решили подзаработать и выбрали для этого фимину лавку. Бразеры были залетные, наших брайтонских дел не знали, иначе хрен бы они к Фиме сунулись.

Нужно сказать, что черные больше рассчитывая даже не на пистолет, а на выразительный вид, высокий рост, громкие звуки, которые они могли извлекать из своих глоток и зверские рожи. С криками и ругательствами на английском языке они забежали в ювелирный магазин, где за прилавком стояла модельного вида молодая продавщица, а самого Фимы не было видно, потому что он сидел в это время под прилавком, и как ребёнок, развлекался тем, что разглядывал, открывал и закрывал красивые коробочки с бархатным алым и черным зевом изнутри, тисненые глубоким золотым и серебряным тисненим инициалами «T & CO» снаружи.

Пока тот, кто был с пистолетом раздумывал не выстрелить ли ему из единственного патрона в потолок, второй, опасавшийся, что в серьезность их намерений не поверят, подбежал и ударил девушку, которая пыталась включить сигнализацию, ладонью по лицу.

Именно ему и всадил Фима в голову из 9 мм калибра «беретты» первую пулю, а вторую отправил бандиту, который бросив пистолет, пытался высадить заблокированную дверь. Пуля попала в ногу так, что на выходе выбила, я ещё раз извиняюся, чёрному, коленную чашечку. 

Модельная девушка, которая работала у Фимы в магазине всего три недели, ювелирного дела совершенно не знала. Фима взял ее больше для дизайна, позволял надевать на себя с утра и носить до конца рабочего дня, разные драгоценности, и еще с одним расчетом, с которым в бизнес часто берут на работу молодых красивых женщин.

Рассчет этот девушка оправдывать не спешила и тем сильнее нравилась Фиме, так что он чувствовал себя даже немного влюбленным.

А сейчас, после всего, что случилось, красавица ничуть не испугалась, не заплакала, не закричала и была приятно возбуждена. На вопрос Фимы: «Как ты?» – ничего не ответила, согнулась и, несмотря на разбитую губу, поцеловала Фиму долгим страстным поцелуем. 

Так пришла к Фиме Шляпентоху настоящая любовь.

Владимир Рабинович

2 комментария

  1. Евгений:

    Очень милый рассказик. Но имя героя… Оно занято, так звали одного из героев повести Эфраима Севеллы «Моня Цацкес — знаменосец». Впрочем, наверное, я далеко не первый, кто вам этим пеняет.

  2. Рассказ понравился! Он очень мил и .главное .-реалистичен! У меня.даже. был такой знакомый. (и рост и дело .которому «служил» Марик. Его .одинаково ценили и менты и бандиты. обожали женщины и их «олени»-мужья!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вам также может быть интересно...

Умер рав Этингер. В одночасье осиротели 12 детей

Читать далее →