Loading...
You are here:  Home  >  Лента новостей  >  Current Article

СУДЕБНЫЕ ВОЙНЫ : ПРОБУЖДЕНИЕ КОНСЕРВАТИВНОЙ СИЛЫ?

By   /  Март 1, 2016  /  1 Comment

    Print       Email

Баталии вокруг назначения нового судьи в Верховный Суд после смерти Антонина Скалиа напомнили не только о важности консервативного представительства ВС, но и прежних «юридических войнах». Как вокруг самого Суда, так и внутри консервативного движения.

Для начала  немного истории. То, что Верховный Суд станет не менее важной ветвью власти, чем президент или Конгресс, стало ясно при Джоне Маршалле (1755-1835, возглавлял ВС с 1801 по 1835). Этот выдающийся джентльмен побывал госсекретарём, но известен именно как человек, сделавший ВС неотъемлемой частью американской политической жизни. При нём ВС показал : федеральные суды могут аннулировать даже законы, принятые Конгрессом.

Однако значимость Суда несла в себе и немалую опасность. Это стало очевидно прежде всего после решения по делу  «Дред Скотта  против Сэндфорда» (1857). Тогда ВС под руководством Роджера Тэни лишил чернокожих прав и практически открыл путь к Гражданской Войне. Само же решение, по мнению консервативного юриста Роберта Борка,  стало наихудшим примером того, когда судьи видят в Конституции то, чего там нет, так как уверены, что это нечто просто должно там быть.

Тэни застал и саму войну, даже повраждовал с Линкольном из-за предпринятых тем мер (приостановка «хабеас корпус»). Но великий Эйб ответил эффектной речью, на которую старому судье нечего было возразить : «Неужели все законы, кроме одного, должны перестать соблюдаться, а правительство развалится, лишь бы сохранить тот самый один закон?»

В 20-м веке ВС стал играть ещё более важную роль. Необходимость политизировать его деятельность лучше всех понимал самый ловкий политик века,  Франклин Рузвельт. Именно он, столкнувшись с враждебностью Суда, который начал уверенно рубить программы Нового Курса как неконституционные, решил реформировать ВС в свою пользу. То есть предложил следующую систему : к каждому ветерану (старше 70 лет), который не желает уходить в отставку, президент имеет право добавить нового судью. Суд бы разросся до 15 человек, но это Рузвельта точно не смущало.

Сперва инициативу хитрого ФДР остановили, в том числе и консервативные однопартийцы президента. Но везучий Рузвельт своего добился естественным путём : за долгое время президентства пережил своих юридических врагов и провёл нужных людей. Таким образом Суд стал дополнением к программам ФДР, не более того.

Но и после смерти Рузвельта полевение не прекратилось. Отдельные решения (например, признание неконституционными действий Трумэна по национализации сталелитейной промышленности) ещё напоминали о некоей независимости ВС от исполнительной власти, но в 60-е оказалось, что полевение уже выходит за рамки потворствования президентам-демократам.  Приспосабливание Конституции к новым – в основном, леволиберальным – веяниям стало новой юридической модой. Великий философ Томас Соуэлл увязывает рост преступности 60-х именно с главенством леволиберальных настроений в суде. И даёт самое точное определение юридическому активизму : «Процесс искажения существующих законов – прежде всего Конституции – для достижения выгодных судьям результатов…юридические активисты и теоретики стремятся освободить решения судей от конституционных ограничений…В результате решения судей лишают надёжности сами законы».

Досадно, что полевение связано с республиканцем Эрлом Уорреном (возглавлял суд с 1953 по 1969, хотя понятие «суд Уоррена» распространяется и на деятельность ВС после его ухода), к тому же назначенного республиканским президентом Эйзенхауэром. Но выправить положение попытался республиканец, бывший при Эйзенхауэре вице-президентом. (Сам Эйзенхауэр признавал прокол в назначении Уоррена и не менее либерального судьи Уильяма Бреннана и, отвечая на вопрос «Много ли вы совершили ошибок на посту президента?», говорил «Две. Обе сидят в Верховном Суде»).

Ожидаемо, умный Никсон (сам юрист) озаботился вопросом. В предвыборной кампании 1968 он не раз обращал внимание на левый крен ВС и обещал своими назначениями вернуть Суд к «строгому толкованию Конституции». Хотя демократы в Сенате не утвердили нескольких президентских кандидатов , но некоторых успехов РН добился. Например, привёл в суд авторитетного консерватора Уильяма Ренквиста. Главное – специалист по обнаружению талантов Никсон обратил внимание на молодого юриста Антонина Скалиа, который на момент окончания президентства РН  был выдвинут на пост заместителя генерального прокурора (получил уже при Форде).

Правда, именно во время президентства Никсона Суд принял «то самое решение» по снятию ограничений на аборты, да и во время раздутого демократами уотергейтского скандала встал не на сторону Никсона, но, по крайней мере, РН начал правильные процессы.

Пика юридические войны достигли при Рейгане. Это естественно – дело даже не в консерватизме великого президента, а в том, что его ближайшим советником был юрист Эдвин Миз. Миз сразу взялся за дело. Получив пост генерального прокурора, он преобразовал министерство юстиции в «институт постоянного юридического образования» (определение историка Стивена Хэйуорда). Для лекций постоянно приглашались ведущие специалисты в области права, проходили многочисленные семинары, а молодые консерваторы стремились работать с Мизом (среди таковых были, например, Сэмюел Алито и Джон Робертс, о которых ниже).

Миз называл выросшее влияние судов и их превращение в политический орган серьёзной угрозой для американской системы.  Слово самому прокурору : «В большинстве случаев спорные моменты создавались решениями судов…Если нужные либералам результаты не достигались через законодательные органы, они использовали юридические ходы…Мы в администрации Рейгана понимали проблему. И понимали, что решить её можно путём восстановления конституционного главенства закона…И раз судьи создают сложности, надо что-то делать с судьями».

В общей сложности Рейган назначил 379 судей, стараясь ставить профессиональные достоинства выше политических.

С назначениями в ВС, правда, всё шло не так гладко. Того самого Борка демократы из сенатского комитета не утвердили (и даже ввели понятие «Боркнуть» («to bork”), то есть очернить и затравить). Судьи Сандра Дэй О’Коннор (ныне в отставке) и продолжающий работать Энтони Кеннеди утверждение прошли, но не особенно популярны среди консерваторов. Но, с другой стороны, именно Рейган привёл в ВС уже упоминавшегося Скалиа. И именно при нём Ренквист возглавил ВС.

При Рейгане разгорелась и нешуточная дискуссия внутри консервативного движения. Самым заметным её участником стал политический философ Гарри Джаффа. Он стал активно критиковать тех же Борка, Скалиа  и Ренквиста (любопытно, что вместе с последним они в своё время участвовали в предвыборной кампании Барри Голдуотера). Вот, например, его атака на Ренквиста : «Для него альтернатива Конституции – анархия индивидуального сознания. Но американцы руководствовались принципами добра и зла до принятия Конституции…для него естественные законы, на которые опирались Основатели и Линкольн как критерии моральной оценки просто «оценочные суждения»…Для Ренквиста права, определённые людьми, являются единственно верными. Люди уподобляются Богу. И могут выражать такие права через любое правительство. За Гитлером и Сталиным стояло общественное мнение. Моральный релятивизм, отвергающий человеческую свободу и жизнь, может оправдать любое правительство, даже самое преступное».

Стивен Хэйуорд суммирует претензии «джаффианцев» так : «Юриспруденция Борка опиралась на тот же легальный позитивизм, что и юриспруденция либералов.  Отличие его позиции – права индивида представлены исключительно Конституцией и принятыми законами. Либералы полагают, что суды могут сами выдумывать права. И многие консерваторы не соглашались с Борком, так как его взгляды не давали достаточной защиты от мажоритаризма, который для Отцов-Основателей был главной опасностью демократического правительства».

Взгляды Джаффы и его сторонником оказали сильное влияние на консервативного юриста Кларенса Томаса, что он сам признавал («Мы все в долгу перед Гарри Джаффой, который показал нам подлинного Линкольна и напомнил о нашем священном наследии наших основателей – преданности истине человеческого равенства и свободы, истине на все времена» ).  И именно Томаса надумал привести в Верховный Суд  сменивший Рейгана Джордж Буш. Сенатские демократы вознамерились «боркнуть» и Томаса, сообразив какую-то идиотскую историю с сексуальными домогательствами, но республиканцы дружно встали на защиту чернокожего консерватора.

Поэтому «юридические войны» 80-х привели к достойному для консерваторов исходу. Да, не удалось привести в ВС Борка. Но удалось привести Скалиа и Томаса. Внутренние баталии тоже оказались полезными : Скалиа скорее представлял «боркианский взгляд», а  Томас – «джаффианский» (Хэйуорд ещё сравнивает Томаса с Джоном Маршаллом и основным оппонентом Рузвельта в ВС по имени Джордж Сатерленд)). Но оба стали символами конституционного консерватизма.

Назначения Буша-младшего до уровня того же Томаса не дотягивают, пусть он и опирался на «мизовскую» молодёжь (уже ощутимо повзрослевшую, впрочем). Хотя он сделал судьёй ВС консервативного Сэмюеля Алито, назначение Джона Робертса себя скорее не оправдало, что особенно очевидно в голосованиях по «обамакеру» (Робертс оба раза спасал обамовскую реформу). Но после смерти Скалиа Алито должен подтвердить надежды консерваторов и активнее поддерживать Томаса, по возможности перетягивая на свою сторону Робертса и Кеннеди.

Но, если честно, сейчас перспектива не самая радужная. Победа консервативного республиканца на выборах 2016 сейчас важна вдвойне – освободившееся место в ВС нужно поскорее занимать консервативным судьёй. Кандидаты есть – от Эндрю Хэнена (вставшего на пути обамовской амнистии для нелегалов в своём техасском суде) до того же Теда Круза (хотя его бы я предпочёл видеть президентом). Но в случае победы либералов и сторонников большого правительства, будь то демократка Хиллари Клинтон или успешно проникший в ряды республиканцев Дональд Трамп мы гарантированно получим либеральных же судей.

Это худший вариант (оба из них), но впадать в уныние не надо. Если уж после безнадёжного засилья левых судей в 60-е мы получили Скалиа и Томаса, а заодно внутриконсервативные споры 80-х, то исправить ситуацию можно и в случае неприятностей на ноябрьских выборах. Уверен. Да и неутомимый Миз жив-здоров и полон сил. Так что консервативная сила в юридических войнах ещё пробудится.

Иван Денисов.

    Print       Email

1 Comment

  1. Светлана Абрамова:

    Ваши слова да богу в уши. Потому как настроение очень пессимистичное.спасибо за ваши интересные передачи на Народной Волне в Чикаго.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

You might also like...

Ночные автобусы в День независимости Израиля

Read More →